Группа Pink Floyd, безусловно, не была новичком в организации грандиозных и зрелищных шоу. Коллектив стоял у истоков рок-лайт-шоу в конце 60-х, давал концерт на руинах древних Помпей в 1971 году, а в 1980-м возвел и разрушил на сцене легендарную «Стену». Однако их бесплатное выступление на барже в Венеции 15 июля 1989 года стало беспрецедентным событием, которое вывело понятие масштабного перформанса на совершенно новый уровень и обернулось серьезным политическим скандалом.
Около 200 тысяч зрителей, собравшихся в итальянском городе, и еще 100 миллионов, наблюдавших за трансляцией по спутниковому телевидению, даже не подозревали, что это музыкальное действо могло нанести ущерб хрупкой архитектуре «тонущего города» и спровоцировать конфликт с местными гондольерами.
Политические игры и сопротивление властей
Дэвид Гилмор, гитарист группы, вспоминает: «Изначально наш менеджер Стивен О'Рурк был категорически против идеи играть в Венеции, считая ее нереализуемой. В какой-то момент он заявил: "Этого никогда не произойдет". Мой ответ был жестким: "Стив, если этого не случится, ты уволен"».
Мэр Венеции Антонио Казеллати также выступал против: «Когда префектура дала согласие на концерт, я, как мэр, был решительно против. Мой вице-мэр, напротив, поддерживал это шоу. В мой отсутствие городской совет одобрил мероприятие, отчасти из-за угроз финансовых исков против города».
Дэвид Гилмор комментирует ситуацию: «В венецианском правительстве разгорелся крупный скандал. Концерт стал разменной монетой в политической борьбе, инструментом для дискредитации оппонентов. Мы невольно превратились в пешек в этой игре».
Нил Уорнок, агент группы, поясняет финансовую сторону: «Шоу было бесплатным для публики. Основные расходы взяла на себя компания, организовавшая спутниковую трансляцию по всему миру».
Логистический кошмар и необычная сцена
Ник Мейсон, барабанщик Pink Floyd, с иронией отмечает: «Думаю, власти сначала обрадовались слову "бесплатно", а потом осознали реальные затраты. Мы организовывали само шоу, но не брали на себя инфраструктуру вроде туалетов».
Организатор Фрэн Томази называет этот проект самым сложным в своей карьере, который стал возможен только благодаря слаженной команде.
Одной из главных проблем стала громкость. Ник Мейсон задается вопросом: «Может ли мощный звук повредить исторические здания?». Дэвид Гилмор парирует: «Неужели вы думаете, что наша баржа, торчащая в воде, может навредить постройкам, которые стоят здесь 700 лет? Не смешите меня».
Гай Пратт, басист группы, описывает уникальное решение: «Венеция прекрасна, но для такого шоу там нет места. Поэтому мы взяли нефтяную платформу из Северного моря, построили на ней сцену, доставили по каналу на барже и пришвартовали напротив площади Сан-Марко».
Робби Уильямс, туристический директор, уточняет детали: «Мы использовали три баржи: для сцены, закулисной зоны и оборудования. Все собиралось в доке, а затем буксировалось на место через узкие каналы — это была ювелирная работа».
Город в осаде и угроза гондольеров
Дэвид Гилмор: «Многие жители покинули город, надеясь, что Венеция устоит, а если что-то случится — виноваты будем мы».
Мэр Казеллати подтверждает масштаб проблемы: «Город сильно пострадал от наплыва толпы, сконцентрированной в одном месте. Во время карнавала люди рассредоточены, а здесь был настоящий хаос».
Гай Пратт делится впечатлениями: «Добираться до баржи было непросто из-за множества лодок. Но сама сцена, несмотря на необычное окружение, была оборудована привычно, что создавало ощущение дома».
Незадолго до начала шоу возник неожиданный конфликт. Дэвид Гилмор вспоминает: «К нам пришел глава профсоюза гондольеров и потребовал 10 000 долларов, угрожая сорвать концерт. Мы пообещали заплатить после шоу, а когда они ушли, решили, что их шанс упущен».
Ник Мейсон добавляет: «Мы рассудили, что наши 100 децибел перекроют их свист. Ситуация вызывала раздражение, особенно учитывая, что гондольеры сдавали свои лодки под трибуны».
Организация была сопряжена с трудностями. Ник Мейсон: «Добраться до баржи в день шоу было настоящим испытанием. Например, Майкл Кеймен, который должен был играть на фортепиано, не смог вовремя сесть на баржу и смотрел выступление с микшерного пульта на берегу».
Нил Уорнок наблюдал за толпой с высоты отеля: «Люди висели на мостах над каналом. Я начал бояться, что конструкции могут не выдержать».
Шоу века и инцидент с VIP-баржей
Гай Пратт описывает вид: «С баржи открывался потрясающий вид на площадь Сан-Марко. Перед сценой — сотни людей в лодках, за ними — море людей на площади».
Перед началом произошел курьезный инцидент. Ник Мейсон с улыбкой вспоминает: «Баржа с местными чиновниками, которые пили шампанское, пришвартовалась прямо перед сценой, перекрыв обзор толпе. Публика начала забрасывать ее всем, что попадалось под руку. Было забавно наблюдать, как официанты, словно римские легионеры, прикрывались подносами от летящих предметов. Вскоре баржа ретировалась».
Прямой эфир и гром аплодисментов
Дэвид Гилмор рассказывает о напряжении: «Из-за спутниковой трансляции тайминг должен был быть идеальным. Передо мной стояли большие часы с расписанием песен. Я нервничал — мы играли в прямом эфире для 100 миллионов человек».
Гай Пратт отмечает: «Это был единственный раз, когда я услышал нотку нервозности в его голосе, да и то только между песнями».
После финального аккорда музыкантов накрыла звуковая волна. Дэвид Гилмор: «Аплодисменты были в 10 раз громче нашей музыки. Если что и могло вызвать проблемы, так это они. Мы отлично выступили, но городские власти, которые должны были обеспечить безопасность и инфраструктуру, свои обязательства не выполнили, а потом попытались все проблемы свалить на нас».
Ник Мейсон размышляет: «Неясно, то ли они недооценили количество людей, то ли надеялись, что плохие условия отпугнут публику».
Последствия: буксировка сцены и отставка мэра
После концерта возникли новые сложности. Дэвид Гилмор: «Нам отказались открыть понтонный мост для эвакуации сцены, пришлось буксировать эту махину в открытое море, где нас остановила морская полиция. В итоге пришлось заплатить».
Политический резонанс был огромным. Мэр Антонио Казеллати констатирует: «После концерта газеты яростно критиковали нас. Счетная палата провела проверку. Хотя все обвинения были сняты, мне пришлось уйти в отставку».
Обратите внимание: Влад Кадони не хочет врать зрителям о закрытии Дом-2 и о своих отношениях с Ирой Пингвиновой.
Больше интересных статей здесь: Дом-2.
Источник статьи: Pink Floyd не были новичками в зрелищных, массовых выступлениях.