Часть 1: Возвращение и неожиданное предложение
После долгих гастролей в Японии я вернулся в цирк на Ленинских горах. Первым, кого я там встретил, был сам Олег Попов, легендарный клоун. Он сидел в фойе, разбирая эскизы костюмов. Наша встреча была радостной, он даже пошутил, что думал, будто я останусь в Японии. Попов был не просто коллегой — он был моим покровителем, однажды публично назвав меня своим учеником в программе «Время».Мы зашли внутрь, сели у манежа. Попов сообщил, что собирается на гастроли в Югославию, и моего номера в программе изначально не было. Он объяснил это циничной, но житейской мудростью: «Чем темнее небо, тем ярче звезда». Мол, на фоне слабых номеров его собственное выступление засияет еще сильнее.
Позже, когда в Ленинград приехал югославский импресарио Владимир Цветкович, чтобы отобрать номера, я не суетился, как другие. Я был уверен, что мой номер с медведем Герасимом произведет впечатление. Так и вышло. После блестящего выступления Цветкович пригласил меня в ресторан и предложил включить в программу сразу два моих номера. Я согласился, хотя понимал, что это испортит мои отношения с Поповым.
Попытавшись опередить события, я позвонил Олегу Константиновичу. К моему удивлению, он отреагировал спокойно и даже сказал, что сам уже вписал меня в программу, но только с одним номером. Он настоял, чтобы я приехал формировать программу в Москву, хотя логичнее было бы встретиться прямо на границе. Это требование показалось мне странным.
Часть 2: Интриги, унижение и точка невозврата
В Москве, на репетиции в цирке на Цветном бульваре, случилось то, чего я подсознательно боялся. Из-за безобидной шутки с его зятем Попов на весь зал при всех выгнал меня с манежа унизительной фразой. В тот момент я понял истинную причину, по которой он вызвал меня в столицу: найти повод, чтобы выкинуть из программы. Я был в огне от стыда.Обиженный, я хотел отказаться от поездки, но меня отговорили, намекнув на возможность привезти из-за границы престижную «Волгу». Вернувшись к своему фургону, я обнаружил в нем загадочный ящик, похожий на пианино. Стало ясно, что Попов использует мой транспорт для нелегальной перевозки груза (как выяснилось позже, пианино для того самого Цветковича). Риск был огромен, но перспектива получить «Волгу» перевесила.
На границе все обошлось. В Югославии, в Белградском Дворце спорта, атмосфера была напряженной. После премьеры стало ясно, что успех программы сомнителен. Каково же было удивление, когда местные газеты назвали «звездой Московского цирка» не Попова, а моего медведя Герасима.
Я все же купил свою черную «Волгу», но эта радость была омрачена. Очередная неудачная шутка (я спрятал магнитофон у партнера жены Попова) привела к финальной размолвке. Попов вызвал меня в гардеробную и объявил, что наши пути разошлись навсегда. Дверь захлопнулась, словно выстрел.
Обессиленный, я сидел в своем фургоне. Понимая, что по возвращении меня ждут ссылка в дальние цирки и забвение, я сорвал со стены плакат Попова и выплеснул всю боль в стихах — о зле, пепле и надежде, что свет все же пробивается сквозь тьму.
А что уж перед силой преклонялся,
Так тут уж, недруг, ты меня прости.
В манеже потому и жить остался,
Иначе здесь таланта не спасти.
В. Дерябкин.
Обратите внимание: Счастливая звезда Гару.
Больше интересных статей здесь: Музыка.
Источник статьи: Чем темнее небо, тем ярче звезда.