Рождественский вечер в Кесареле
В морозный рождественский вечер, когда снег тихо укутывал город белым покрывалом, никто не замечал ни звезд на темнеющем небе, ни одинокого прохожего, медленно бредущего по центральной улице. Толпы людей, веселящихся и спешащих по своим делам, были поглощены светом фонарей и праздничной суетой. Лишь редкие снежинки, кружась в почти безветренном воздухе, опускались к его ногам, а его широкополая шляпа и шарф скрывали лицо. Но если бы кто-то присмотрелся, то увидел бы в прорези между ними глаза, в которых горели и переливались целые мириады звезд, словно в них отражалась сама Вселенная.
Встреча на набережной
На набережной, куда выливался Триумфальный проспект, народу было еще больше. У лавки со сладостями разыгралась маленькая драма: мальчик закатил истерику, требуя леденец, а его отец, смущенно переминаясь с ноги на ногу, пытался его успокоить, ссылаясь на отсутствие денег. Незнакомец в шляпе остановился, достал золотую монету и протянул ее отцу со словами: «Купите сынишке леденец... ну, и себе что-нибудь. Рождество же!». Пока потрясенный мужчина благодарил, мальчик, затихший от изумления, прошептал: «Папа, у него глаза… звездные!». Но отец лишь отмахнулся от «глупостей». Человек улыбнулся под шарфом. Не всем было безразлично к звездам. Дети всё ещё могли видеть.
Художник и его одиночество
Неподалеку, у Моста Франциска Третьего, молодой художник по имени Валентайн заканчивал портрет нарядной девушки. Ее спутник, Марсель, поспешно расплатился, явно замерзнув. Девушка, заметив грусть в глазах художника, с искренним участием спросила, не один ли он в праздник, и уговорила Марселя добавить еще денег, чтобы художник «не грустил». Она настоятельно посоветовала ему идти к тому, кто его ждет. Валентайн поблагодарил, но её слова лишь сильнее отозвались болью в его душе. У него никого не было.
Собрав вещи, он побрёл вдоль набережной. Яркие витрины, запах свежей выпечки, тёплый свет фонарей на снегу — всё это было частью праздника, к которому он не принадлежал. Внезапно он остановился и запрокинул голову, пытаясь разглядеть звёзды сквозь низкие снежные тучи. Он с горечью осознал, как давно не смотрел на небо, погрязнув в бытовых заботах и одиночестве. Мысль о возвращении в холодную, пустую квартиру, пропитанную воспоминаниями о бывшей жене Клэр и дочери Изабел, была невыносима. Он подумывал зайти к знакомому художнику Антонио, чтобы не оставаться одному.
Неожиданный визит
Однако, заскочив домой, чтобы оставить мольберт, он обнаружил у своего подъезда ту самую Клэр. Несмотря на прошедшие десять лет разлуки, она выглядела всё так же ухоженно и пыталась казаться радостной. Художник, внутренне содрогаясь, впустил её в холодную квартиру. После недолгих препирательств Клэр, наконец, открыла истинную причину своего визита: их дочь Изабел тяжело больна пневмонией, и для лечения нужны большие деньги. Единственная надежда — продать «Ту Самую Картину», шедевр, который Валентайн когда-то написал под звёздным небом и посвятил рождению дочери. Картина много лет хранилась у него, завёрнутая в газеты, — он не мог ни продать её, ни смотреть на неё.
Сердце художника разрывалось. Он не видел дочь десять лет, с тех пор как Клэр ушла, забрав её. Теперь, ради спасения Изабел, у него не было выбора. Молча он достал из гардероба большой свёрток и отдал его Клэр. Та, едва взглянув на холст, заверила, что уже нашла покупателя. Отказавшись от проводов, она поспешно скрылась в снежной ночи с драгоценной ношей.
Бездна отчаяния и таинственный гость
Опустошённый, Валентайн упал на кровать. Ощущение, что он вырвал часть собственной души, смешалось с удушающим страхом и одиночеством. Ему казалось, что он вот-вот задохнётся. В этот момент раздался настойчивый стук в дверь.
На пороге стоял высокий незнакомец в длинном старомодном пальто и шляпе, с лицом, скрытым шарфом. Он представился как Витофс и попросился на ночлег. Его голос звучал мелодично и странно, словно звон хрусталя. Художник, находясь в состоянии полной апатии, впустил его. За бутылкой вина Витофс неожиданно заявил: «Ваша дочь не больна и в деньгах нисколько не нуждается. Зря вы отдали Картину». Он раскрыл правду: Клэр обманула его. Изабел жива, здорова, вышла замуж и стала успешной актрисой, полностью забыв об отце. Картину же Клэр продала, чтобы вложить деньги в бизнес своего нового мужа.
Мир Валентайна рухнул окончательно. Вино, жар, бред — всё смешалось. Когда он очнулся утром на полу, незнакомца уже не было, но на столе стоял полный не тронутый бокал. Художник несколько дней метался, пытаясь проверить слова Витофса, и узнал, что предприятие человека, с которым ушла Клэр, действительно обанкротилось. Надежда увидеть дочь рассыпалась в прах.
На краю
Вернувшись к своему мольберту на набережную, Валентайн провёл весь день без единого клиента. Он был похож на призрак — небритый, измождённый, с пустым взглядом. С наступлением темноты, глядя на чёрную полынью под мостом, он увидел в ней единственный выход. Перебравшись через ограждение, он приготовился шагнуть в ледяную воду.
В этот момент сзади раздался знакомый мелодичный голос. Витофс снова стоял рядом. «Вы не заняты? Я хотел бы, чтобы вы написали мой портрет». Механически художник вернулся за ограду. И тогда, по просьбе Витофса, он взглянул ему в лицо. Из-под полей шляпы на него смотрели те самые глаза — бездонные, сияющие мириадами звёзд, которые он видел в детстве в рождественский вечер. Это было не воображение. Тот самый звездный странник снова был перед ним.
Витофс подтвердил всё, что говорил ранее. Он раскрыл свою суть: он — тот, кто зажигает звёзды, и он ищет тех, кто, подобно Валентайну, способен отдавать самое дорогое, не требуя ничего взамен. «Этот мир не для вас, мой друг», — сказал он. Художнику, у которого не осталось ничего в этом мире, нечего было терять. «Я согласен», — просто ответил он.
Новая звезда
«Чудесно! — ответил Витофс, и его шарф упал в снег. — Мы и так порядком задержались. Сегодня на небе загорится новая звезда! И зажжёте её вы».
В ту ночь на небе Кесареля зажглась новая, яркая звезда. А Витофс, выполнив свою миссию, ненадолго задержался на мосту. В его руках была та самая Картина, выловленная из вод забвения. Он взглянул на дорогую раму, блеснувшую в свете фонаря, и разжал пальцы. Шедевр, в который была вложена душа, любовь и боль, бесшумно скрылся в чёрной воде полыньи, завершив путь, который не суждено было пройти его создателю.
Пора было отправляться дальше. В других мирах и других временах его ждали новые души, достойные стать звёздами.
***
Автор: Петр Гузь
Источник: https://litclubbs.ru/writers/3846-kartina.html
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
#талант #художник #сказка #звезда #рисование #картина
Больше интересных статей здесь: Звезды.
Источник статьи: Картина.